С какого дня считается срок на привлечение к субсидиарной ответственности

Если компанию обанкротили несколько лет назад, а требование к её бывшему руководителю предъявили только сейчас, первая мысль понятная: сроки прошли, поздно. Верховный Суд разобрал дело, где эта мысль не сработала, и объяснил, от какой даты вообще считать.

Что случилось

Компания работала таможенным брокером у крупного нефтяного холдинга. Схема обычная: заказчик перечисляет ей деньги, она платит с них таможенные платежи в бюджет. Деньги лежали на счёте в банке, за которым стоял человек, с компанией формально никак не связанный.

23 июля 2015 года компания отправила в этот банк платёжки на 7,88 млрд рублей в адрес таможни. Банк деньги списал. В бюджет они не дошли и обратно не вернулись. На следующий день у банка отозвали лицензию.

За четыре года до этого та же компания выдала заём на 2 млрд рублей другой фирме, которая принадлежала тому же владельцу банка. У фирмы было два или три сотрудника, ни производства, ни прибыли. Заём, разумеется, не вернули.

В декабре 2019 года конкурсный управляющий потребовал привлечь руководителя компании к субсидиарной ответственности. В апреле 2022 года суд согласился только отчасти: да, вовремя не подал заявление о банкротстве, отвечает за это. А в том, что довёл компанию до банкротства, отказал: связь с владельцем банка не доказана, а выбор банка руководитель объяснял выгодными условиями обслуживания.

Дальше вмешалась случайность. В марте 2023 года английский суд рассматривал личное банкротство этого руководителя и опубликовал его письменные показания. В них он рассказал то, чего в российском суде не говорил: заём выдавался по просьбе владельца банка и под угрозой лишить компанию услуги, без которой она не могла работать, а потом отношения испортились и пошли угрозы удержать деньги на счетах.

Российский суд пересмотрел собственное определение и в сентябре 2024 года привлёк руководителя по обоим основаниям.

Что решил суд

Кассация всё отменила по одному доводу: пропущен срок. По её расчёту отсчёт начался 18 октября 2018 года, когда основной актив должника выставили на торги по цене, которой кредиторам заведомо не хватало.

Верховный Суд с таким расчётом не согласился.

Субсидиарная ответственность складывается из трёх обстоятельств, и пока не известно последнее из них, срок не идёт:

• человек контролировал должника, то есть мог определять его действия;
• он действовал или бездействовал так, что кредиторам причинён вред;
• активов должника не хватает на расчёты со всеми, причём считать точную нехватку не нужно.

В этом деле всё держалось на неформальных отношениях руководителя с владельцем банка. Без них размещение денег выглядело обычным хозяйственным решением, и суд первой инстанции сначала именно так его и оценил. Узнать об этих отношениях кредиторы могли не раньше решения английского суда, то есть не раньше 9 марта 2023 года. А заявление подали в декабре 2019 года, то есть задолго до этого.

Опирается это на пункты 58 и 59 постановления Пленума Верховного Суда от 21.12.2017 № 53 и пункт 21 Обзора практики № 2 (2018): сроки здесь специальные, привязаны к моменту, когда человек узнал, и раньше появления самого права на иск они начаться не могут.

Что это значит на практике

Если вы кредитор. Не принимайте расчёт срока от даты банкротства или от даты торгов. Считать надо от того дня, когда стало известно последнее недостающее обстоятельство. Вскрылось оно из чужого дела или вообще из иностранного процесса, значения не имеет.

Если требование предъявили вам. Календарь сам по себе не защищает. Пока обстоятельства, показывающие реальный контроль и связи, не раскрыты, срок стоит на месте. И показания, данные когда-то в другой стране, суд прочитает и оценит наравне с остальным.

Что стоит делать заранее. Ведите хронологию: что и когда вы узнали, из какого документа, из какой публикации, из какого судебного акта. Именно эту хронологию и придётся показывать, когда спор дойдёт до вопроса о сроке.

Разбор подготовлен по опубликованному судебному акту: Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2026 № 301-ЭС19-24761(5,6) по делу № А82-9031/2016.

Материал справочный, это не юридическая консультация: в каждом деле свои обстоятельства, и они решают.